Слепой музыкант

Наркомпрос Туркмении пригласил Василия Яковлевича Ерошенко создать в республике специальную школу-интернат для незрячих детей.

Удивительные рассказы об учителе, который лет с четырех потерял зрение, я слышала на Белгородщине, где проводила каникулы. В небольшом городке Валуйки мои многочисленные двоюродные братья с гордостью показывали за вечно распахнутыми воротами «Скорой помощи» небольшие домики. Там была первая школа для слепых. Ее открыл Василий Ерошенко. Эта фамилия потом не раз проявлялась в разные годы моей жизни, каждый раз поражая, как незрячий смог создать себе судьбу, какая не под силу и зрячим.

В родной Обуховке его звали «слепым китайцем», ведь Ерошенко преподавал в школе эсперанто при Пекинском университете русский язык и литературу. На курсе Василия было 500 студентов. Лекции Ерошенко читал, водя пальцем по брайлевским листам и говоря на эсперанто. Там подружился с китайским писателем Лу Синь, и тот стал переводить на китайский язык лучшую пьесу своего друга-украинца — «Персиковое облако».

Незрячий путешественник жил и в Бирме, где перед ним открылся новый неизведанный мир, где он увлекся воистину прекрасными буддийскими легендами. В июне 1929 года Василий Ерошенко отправился на Чукотку, чтобы «почувствовать ее на ощупь». Охота к перемене мест была для него естественной, органичноЙ. Путешествовал однажды, лежа на верху вагона, а потом с восхищением сказал: «До чего же хорошо было на крыше — вся Россия видна!»

Везде изучал местные языки, культуру. «Увидев» полмира и зная более десятка языков, Ерошенко никогда не забывал языка своего детства. Он хорошо знал украинскую литературу, очень любил и сам исполнял народные песни. Он был слепым музыкантом – пел, играл на многих инструментах, он был писателем и поэтом, он был художником. У него еще был огромный талант дружить. Когда жил в Москве, его комнатушка напоминала купе вагона. Он смастерил подвесные нары, на которых часто отдыхали гости, знакомые, а иногда и малознакомые люди. Он много помогал людям и сам всегда неожиданно получал помощь.

Когда Василий решил в следующее свое путешествие отправиться на милый его сердцу Юг, то так случилось, что к этому времени Наркомпрос Туркмении пригласил Ерошенко создать в республике специальную школу-интернат для незрячих детей.

Детей в ту школу отдавали неохотно, считали, что грамота слепому ни к чему. Как бы то ни было, но 1 сентября 1935 года первая в Туркмении школа для слепых детей начала учебный год. Ерошенко преподавал там литературу, историю и языки: русский, туркменский, английский. Здесь все приходилось начинать сначала. В ту пору не был разработан даже брайлевский алфавит для слепых туркмен. Ерошенко его создал. Вскоре выпуклым шрифтом был напечатан первый учебник на туркменском языке. А потом издавались и другие книги. Я помню в Ашхабаде слепой брат соседки, когда приходил к ней в гости, читал руками по этакой книге забавные детские сказки. Сказки самого Ерошенко.

Учить слепых детей было нелегко — многие из них давно уже потеряли интерес ко всему. Но их учитель всегда был романтиком, чувствовал по-молодому и учил ребят тому, что знал и умел сам: ходить по земле без поводыря, любить солнце, землю, воду, движение, не пасовать перед трудностями, читать запоем, играть в шахматы, хорошо плавать.

Бабушки Могуновки, тогда «туркменские» украинцы еще не разъехались, рассказывали, что вечерами возле Ерошенко собирались все: и малые, и взрослые, и слепые, и зрячие. Он знал уйму сказок, но никто не догадывался, что все они написаны им самим! Любили его самозабвенно и почитали, называя «урус-ата». Учитель устраивал концерты на украинском языке, а для самых маленьких поставил детскую оперу «Коза-дереза». Успех был грандиозный. Зрители не хотели верить, что все дети-артисты слепы.

В Туркмении Ерошенко пробыл 11 лет, обучая видеть мир незрячими глазами. Школу в Кушке он считал одним из главных дел своей жизни.

Потом Василий Яковлевич вернулся в Москву. Преподавал в различных школах для слепых. Побывал Ерошенко и на Крайнем Севере около года. За это время он многое успел сделать: разыскивая слепых, старался им помочь, собрал народные сказания, написал цикл рассказов «Из жизни чукчей». Ерошенко владел навыками восточной медицины, потому слава о слепом враче разнеслась по тундре. Он не успевал объезжать всех больных.

…Ерошенко всегда, в любой стране, дружил с выдающимися людьми. Яркие личности, как известно, тянутся друг к другу. В десятых годах двадцатого века в Японии, как и везде, самыми яркими людьми были интеллектуалы левых убеждений – анархисты. В одну анархистку Ерошенко сильно влюбился. Но молодая и страстная, она любила не слепого эсперантиста, а красивого анархиста. Тот же любил совсем другую девушку. И тоже анархистку. Любовный четырехугольник до добра не довел …

Влюбленный с разбитым сердцем уехал за моря. Когда говоришь про Василия Ерошенко, удивляешься: человек прожил на свете всего 62 года, а вместил в судьбу не менее десяти жизней. Может, именно любовь к той далекой японке и давала ему силы. Ведь потом про Японию он скажет: «Слишком мало земли и слишком много счастья»…

Ильга Мехти