Виталий Волков
В Туркмении начали строить Трансафганский газопровод. Афганистан и Пакистан пока спорят о том, кто сможет обеспечить этому проекту безопасность.
Проект Трансафганского газопровода (ТАПИ), который свяжет месторождения газа в Туркмении с потребителями в Афганистане, Пакистане и Индии, уже два десятилетия обсуждается как перспективный и важный. Поскольку это обсуждение идет столь долго, скептики считают его неосуществимой мечтой туркменского руководства. Но 13 декабря при участии президента Туркмении Гурбангулы Бердымухамедова, преидента Афганистана Ашрафа Гани, премьер-министра Пакистана Наваза Шарифа и вице-президента Индии Мохаммада Ансари строительству ТАПИ был дан торжественный старт. А СМИ со ссылкой на пакистанскую сторону известили, что поставки газа могут начаться уже в 2019 году.
Таинственный ТАПИ
Однако скептицизм сохраняется. Лидер туркменской оппозиционной Республиканской партии в изгнании Нурмухаммед Ханамов обращает внимание на то, что среди высокопоставленных участников церемонии не было тех, кто будет финансировать проект. «Речь шла о том, что это осуществит Азиатский банк развития. Но данных о конкретном участии этого банка, как и иных возможных финансистов, общественности не представлено», — говорит собеседник DW. Официальные сведения о том, с кем именно Туркмения заключила контракты на поставку труб, тоже не обнародованы.
«Можно предположить, что здесь будут использовать украинские трубы. Киев заявляет о готовности участвовать в проекте. Но это участие должно было быть заранее оформлено в виде контрактов, ведь речь идет о 214 километрах трубы на туркменской территории. Например, при строительстве газопровода в КНР приводились сведения о стоимости проекта, об условиях финансирования, о том, кто будет вести строительство и так далее. В случае ТАПИ пока все выглядит очень таинственно», — отмечает Ханамов. И напоминает, что подобная ситуация уже была в годы правления Туркменбаши. «На стыке 2000-х годов объявлялось официальное начало строительства, но работы прервались из-за нестабильности в Афганистане. Эта нестабильность сохраняется и сегодня, боевую активность периодически проявляет не только «Талибан», но и новая сила — «Исламское государство», — указывает Нурмухаммед Ханамов.
Работы начались, но не в Афганистане
Тем не менее, строительные работы на туркменском участке идут достаточно активно, сообщил DW эксперт центра изучения современного Афганистана (ЦИСА) Андрей Серенко: «По информации наших источников, то, как сейчас развернуты эти работы, указывает, что для Ашхабада это не пиар-акция и он настроен проложить свой участок трубопровода до афганской границы достаточно быстро». С другой стороны, продолжает Серенко, этим пока дело ограничивается, на афганской территории работы не начаты, подготовка к ним не наблюдается. «По оценке афганских аналитиков, это связано с нерешенным вопросом безопасности проекта на территории Афганистана», — утверждает эксперт.
ТАПИ — не только большой экономический, но и геополитический проект. Именно поэтому обеспечение его безопасности — особенно уязвимое место, соглашается немецкий эксперт по Центральной Азии Гюнтер Кнабе (Günter Knabe). Ведь из Туркмении труба будет проложена через Герат на юг Афганистана, к Кандагару, а оттуда — к пакистанской Кветте. «В Афганистане маршрут идет вдоль границ тех районов, где наиболее активны талибы и другие экстремистские группировки. В частности, вдоль Гильменда. А Кветта — это средоточие талибов в Пакистане. И гарантировать там безопасность очень сложно», — рассуждает Кнабе.
«Афганская сторона утверждает, что справится с этим сама. Но, учитывая нынешнее положение в стране, трудно понять, как она это осуществит без поддержки извне. США очень заинтересованы в ТАПИ, но даже они не берут на себя таких гарантий», — отмечает собеседник.
Пакистанский фактор
Исламабад, проявляющий большой интерес к туркменскому газу, предложил сам обеспечить безопасность трубопровода на афганской территории. Но это совершенно неприемлемо для Кабула, о чем уже заявляла афганская сторона. Пакистанский министр обороны Хаваджа Асиф в интервью ВВС даже заявил, что этот проект важен для Исламабада настолько, что он готов использовать рычаги своего влияния на талибов, чтобы те не мешали проекту. Заявление сомнительное, так как либо оно является признанием того, что Исламабад может управлять «Талибаном», либо это просто пустые слова, говорит немецкий эксперт.
По словам Гюнтера Кнабе, ряд геополитических игроков рассматривает проект ТАПИ как «миротворческий», имеющий целью снять остроту противоречий между Индией и Пакистаном, а также Пакистаном и Афганистаном на основе общей экономической заинтересованности в туркменском газе.
Иран против
То, что Пакистан проявил реальный интерес к успешному завершению проекта ТАПИ — серьезный аргумент в пользу последнего, поскольку от пакистанских спецслужб очень много зависит в решении проблем безопасности в Афганистане, подчеркивает Андрей Серенко. С другой стороны, по его мнению, против реализации ТАПИ высьупают не только Россия и КНР, но и Иран. «А влияние Тегерана и его спецслужб на территории западного Афганистана, где пойдет ветка ТАПИ, очень сильно», — отмечает эксперт ЦИСА.
Источник: Deutsche Welle
Вам не кажется странным рвение зубочистки построить ветку на своей территории не смотря на бездействие других участвующих стран, вопросы безопасности и исторически низких цен на энергоносители которые эксперты говорят что на долго и дальнейшем снижении из-за переизбытка. Как еще показывает статья есть еще могущественные противники проекта. Эти и другие факторы указывают на сомнительность реализации проекта с которым согласятся все здравомыслящие люди, но не зубодер. Почему? Да потому что как и с любым проектом строящимся в Туркменистане понятие окупаемости отсутстует зато понятие соровать и отмыть на первом месте. Почему Туркменистан в спешном порядке начал строить в таких условиях? Главная цель создать… Развернуть »
однозначно,
напоминает судорожный поиск решения из кризисной ситуации. так как вариантов строительства газопровода не так уж и много хватается за первый. не смотря ни на какие обоснования безопасности и экономической выгоды.
объяснений 2:
1. сорвать кредит или куш с начала строительства и отмыть его с «процесса» строительства
2. надеяться на успех проекта нисмотря ни на какие обоснования.
возможно во втором варианте он расчитывает вовлечь сша в охрану трубопровода в дальнейшем таким образом еще раз подчеркнуть свою «приверженность демократии» прикрывая свою задницу от черного дня.
ведь он понимает что черный день неизбежен
Менистр, объяснение №3 в вашу копилку.
«Мы все сделали, а они не сделали и не хотят тянуть трубу со своего конца». Это мы хорошие, а они не выполняют свои обязательства. Бердун рассчитывает на это. Всегда можно свалить вину на соседа.
Как известно, распоряжение правительства о продаже газа на условиях «граница Туркменистана» еще не отменено. Уже восток-запад построен, народу глаза замылили, а трубы ржавеют. И эти тоже будут ржаветь. Если бы были шансы того, что этот механизм заработает, народу в карман правительство бы не стало лезть.
Вариант № 4.
У России отношения с Турцией накаляются, Бердун надеется что турки начнут форсировать транскаспий и подружат Туркмению с Азербайджаном (я не представляю как они поделят «Кяпяз-Сердар»), а раз Турция является крупнейшим импортером российского газа, то она сама, достаточно богатая и технически оснащенная, сама прибежит к Бердуну строить трубопровод и оплатит все расходы (как это сделали китайцы).