Туркменистан рискует остаться с исламистами один на один

В преддверии переговоров президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова с его узбекским коллегой Исламом Каримовым в Ашхабаде начались двусторонние дипломатические консультации. В силу закрытости Туркменистана для посторонних глаз и ушей практически никому не известно, в какой степени официальный Ашхабад обеспокоен возможным развитием событий в Афганистане.

По всей видимости, обеспокоенность все же имеется, поскольку за последние годы правительство сформировало три новых пограничных отряда, два из которых должны прикрывать сложные участки границы с Афганистаном. Так, Койтендагский отряд усилит место пересечения афгано-узбекской и туркменской границ, характеризующееся очень трудным горным рельефом с каньонами и пещерами.

После вывода в 2014 году иностранных войск из Афганистана изменение обстановки там ощутят все граничащие с ним страны, прогнозирует эксперт Центра изучения современного Афганистана Дмитрий Верхотуров. Однако, по его словам, надо отметить то обстоятельство, что в недалеком прошлом, еще при покойном Туркменбаши (президенте Сапармурате Ниязове), талибы не раз подходили непосредственно к туркменской границе. Но туркменское руководство и моджахеды как-то умели договариваться между собой, и фактически Туркменистан пережил все пертурбации девяностых годов и даже после падения талибов, даже несмотря на свои внутренние межклановые противоречия.

Никому не известно, что произойдет через год-два в Афганистане, и тем более трудно предсказать, как это отразится на Туркменистане. Но, по мнению Дмитрия Верхотурова, если здесь обострятся внутренние проблемы при одновременной угрозе со стороны Афганистана, Ашхабад навряд ли окажется способен противостоять таким вызовам:

«Если тех же боевиков-исламистов будет немного, то, в принципе, они могут их задавить сами. Но если, допустим, они (исламисты) будут иметь поддержку в Афганистане, то тут, конечно, их (центральных властей в Ашхабаде) сил не хватит. А в силу того что Туркменистан объявил себя нейтральным государством и не входит ни в какой военно-политический блок, он не может ни к кому обратиться за помощью. Ни к США, ни к ОДКБ, ни к НАТО. То есть он фактически будет с ними (с исламистами) один на один».

Подобная ситуация первым делом подтолкнет Туркменистан к тому, чтобы все-таки присоединиться к какому-то блоку, к тому же ОДКБ, предполагает Верхотуров.

Напомним, что в декабре 1995 года Туркменистан заявил о своем статусе постоянного нейтралитета, в связи с чем Генассамблея ООН приняла резолюцию №50/80. Среди прочего статус «постоянного нейтралитета» предписывает Туркменистану не только не входить в какой-либо военно-политический блок, но также не участвовать в локальных и региональных конфликтах и не размещать иностранные войска и военные базы на своей территории.

Вместе с тем не все эксперты считают, что ухудшение ситуации в Афганистане способно сильно повлиять на Туркменистан и обстановку внутри страны. Никакого внешнего вторжения со стороны Афганистана не будет, почти убежден профессор Новосибирского государственного университета, востоковед Владимир Пластун:

«Афганских группировок там не будет. Там могут быть только туркмены, те самые, которые, может быть, поддались на агитацию таких же экстремистских группировок, этнических группировок туркмен. Поскольку туркмены тоже живут в Афганистане, афганские туркмены. Вполне возможно, что они попытаются что-то там сделать. Не более того. Но со стороны талибов, которые афганцы… Этнические афганцы, этнические пуштуны, предположим, узбеки, таджики афганские не пойдут туда (в Туркмению). Потому что для них это будет чуждая среда».

Но если допустить вероятность попытки туркменских исламистов свалить режим Ашхабада, он окажется в затруднительном положении, считает Владимир Пластун. По его словам, соседи Туркменистана из ОДКБ будут не в состоянии помочь Ашхабаду, поскольку сами участники блока пока не имеют никаких договоренностей на этот счет, а ввязываться в чужую войну по доброй воле вряд ли кто-то захочет.

Впрочем, в самом Ашхабаде, вероятно, рассчитывают на собственные силы. По приблизительным оценкам, военный потенциал Туркменистана среди армий центральноазиатских государств условно занимает среднее положение. То есть в военном плане Туркменистан сильнее Таджикистана и Киргизии, но слабее Узбекистана и Казахстана. И, если судить по скупой открытой информации, едва ли не приоритетное значение Ашхабад в последние годы придавал усилению своих военно-морских сил на Каспии. Иными словами, то ли Туркменистан видит угрозу не с той стороны, то ли надеется на свой нейтралитет, как на щит.

Источник: Радио Голос России