На той старой толкучке, так любимой ашхабадцами и гостями города, было немало необычных торговцев, вот таких, например, как сельские тетушки, которые специализировались на свадебных узлах-буков. Любая туркменская девушка исстари и по сей день готовит по традиции к свадьбе до 40 штук разных видов предметов одежды. Что б хватило на всю жизнь.
Сейчас совсем другие времена. Обычай остался, а молодые женщины уже находятся под немилосердным диктатом туркменской моды, а она заставляет многое из запасенного годами неустанного вышивания и шитья, томиться в расписных сундуках. Невестки теперь стремятся соответствовать модным тенденциям, они спешат на толкучку покупать там задорого китайские тряпки. А свое, самобытное, украшенное национальной вышивкой, постепенно устаревает в сундуках.
Сметливые тетушки сообразили про эти залежи в домах и стали скупать платья, халаты с ручной вышивкой, поношенное тоже брали. Бывает, что открывают свои запасы не только невестки, но старенькие бабушки. А там такое было припасено, этнографу не снилось. Ничего не поделаешь — спрос определяет торговлю. На развалы национальной одежды спешили на толкучку любители с раннего утра по субботним и воскресным дням. Приезжали перекупщики из Ирана и Турции. Когда старую толкучку закрыли, то на новой женское кустарное барахло продавать запретили. Торговки нашли выход. Они с узлами снуют по театрам, по общежитиям учебных заведений. Спрос большой, но полиция очень не любит эту несанкционированную торговлю и разгоняет женщин с узлами. Конечно, ведь от этих торговок никакого навара, только одни неприятности…
Много узлов свадебных потрошила на базарах и я. И всякий раз, когда в руки попадала красивая ручная вышивка, я хвалила за глаза мастерицу и покупала, чтобы дарить друзьям. Я же не коллекционер…
Покупала и ситцевые платки, дарила потом как банданы. Платки, теперь я понимаю из сундуков не бабушек, а прабабушек. Так и выносили их на базар неиспользованными с застарелыми складочками. А платочки-то кумачовые, кубовые, пунцовые, украшенные скрюченными огурчиками, раньше называли их «бобами». Удивлялась: почему такие же и на предметах прикладного искусства Центрально Азии? Потом разобралась: российские мануфактурщики перерабатывали узоры восточных тканей и шелковых шалей. Это так называемые ивановские ситцы. Их выпускали для «низших» классов российских губерний. Много ситца готовили и для продажи в Центральной Азии. Помню, как-то разглядывая старый текинский халат, удивлялась, как хорошо сохранился подкладочный ситец — и крепок и ярок. Сначала для этих ярких набивных использовали индийский миткаль, а потом хлопконабивные предприятия Владимирской губернии, Подмосковья перешли на сырье из новых окраин империи — с узбекских, туркменских полей. Российские биржи даже снаряжали экспедиции, чтобы определить новые земли для тонковолокнистого хлопка. Надо сказать, что российские коллекционеры не сразу поняли эстетическую ценность таких нарядных хлопковых изделий и только с 1940 года стали собирать коллекцию ситцев для Сергиево-Посадского музея.
А когда же у нас очнутся настоящие хранители туркменского народного искусства – вышивки? Где наши этнографические коллекции? Государственные музеи экспонируют коллекции туркменской национальной одежды, доставшиеся им от советских искусствоведов. Такое положение беспокоит, пожалуй, только зарубежных этнографов. Это от них я узнала добрую весть, что в Марыйском музее, наконец, появилась специалист, которая болеет за сохранение идеи преемственности народного творчества, мечтает создать коллекцию, по которой можно наблюдать изменения стиля вышивки, орнамента, нитей…
Представляете, торговки вытрясут все сундуки во всех селах страны и, если этнографы не очнутся, то в скором времени, забудем какой была туркменская вышивка в советское время, да и в последние десятилетия. Ничего не зафиксировано. Ни одной коллекции по истории вещного мира туркмен. Когда очнемся, то останутся только изделия компьютеров.
Конечно, неотъемлемый атрибут туркменского платья – уникальная вышивка, есть уверенность, не исчезнет. Но все так быстро меняется. Вспомним, мастерицы этого народного промысла работали раньше, как правило, без использования каких-либо схем и выкроек, по памяти и с точностью до единой детали воспроизводили на ткани разноцветными нитками древние узоры.
Туркменская вышивка не выходит из моды уже много веков, но традиции не закостенелые — творческое женское воображение изобретает все новые и новые формы. Теперь у каждой мастерицы есть увесистый фотоальбом, демонстрирующий все выполненные работы. Обычно лишь небольшая их часть – классические строгие орнаменты традиционного красного и желтого цветов. В большинстве же работ сочетаются мотивы национального туркменского костюма с современными модными тенденциями. И в декоре моделей современных дизайнеров обильно использована искусная ручная вышивка – но не классическая, пришедшая из истории, а переосмысленная художником. Тонкая ручная вышивка присутствуют на моделях всех известных коллекций, которые настолько чаруют зарубежных модниц, что непременно должны стать важной статьей экспорта страны. Но это уже другой разговор. И это уже новая история туркменского народно-прикладного искусства. И любой специалист — искусствовед ли, этнограф ли, или модельер, скажет, что очень важно, при развитии нового направления народного творчества запомнить также уходящую эпоху: вещи, которые прежде носили, которые любили еще вчера.
Чиновники Министерства культуры страны должны, наконец, понять необходимость создания такого музея, не парадного учреждения для похвальбы гостям, как у нас привыкли, а музея со статусом научного института этнографии.
Д.Гарагезова