Пустите в заколоченную Туркмению! (Часть 2)

Сергей Пономарев

Комсомольская Правда

Продолжение. Начало здесь.

Не то обидно, что пропали деньги — оплата несостоявшегося приглашения и стоимость авиабилета, который в результате двойного переоформления вырос в цене вдвое и стал невозвратным. В конце концов, такие потери предполагались. Другое меня занимает: какая же страшная тайна имеется в этой стране чудес, что власти так усиленно скрывают ее от иностранцев? Ну да, грандиозные и смешные в своей помпезности монументы очередному главному начальнику… Авторитарный строй и культ личности вождя в дистиллированном виде… Полицейское государство со всеми его дурью и кошмарами… Полное отсутствие демократии, свобод и прав личности… Так это мы и в других местах видели, где режимы покруче, а законы строже некуда. Но при том и в Эмираты, и в Египет с Брунеем, и в насквозь цивилизованный, но авторитарный Сингапур туристы валом валят, и им там сплошная зеленая улица. Да даже в Северную Корею попасть легче, чем в это застывшее где-то в понятийном прошлом государство.

Жили при сердаре, живут при Аркадаге

Заинтригованный донельзя, задаю вопросы своим друзьям-однокурсникам. Семейной паре: он туркмен, она русская с долей коми-зырянской крови. Почти 15 лет при Туркменбаши Сапармурате Ниязове они были невыездными и лишь десять лет назад окольными путями сумели вырваться и сейчас живут в статусе политэмигрантов в одной из европейских стран, не теряя тесной связи с азиатской родиной. Сразу договариваемся: общаемся только по электронной почте, потому что мои собеседники уверены — туркменские спецслужбы очень внимательно отслеживают их аккаунты в соцсетях и, возможно, скайп прослушивают.

— Нынешний режим Гурбангулы Бердымухамедова чем-то отличается от режима Сапармурата Ниязова?

— Казалось, что будет отличаться, но очень быстро надежды на лучшее улетучились. Послаблений не было, а цензура еще более усилилась. Все общественники под контролем КНБ. Вплоть до того, что в соцсетях выискиваются те, кто негативно комментирует туркменские события, против них организовываются провокации, чтобы обвинить человека в криминале и осудить.

— При Сердаре (вожде), Вечно Великом Сапармурате Туркменбаши каждое утро в школе начиналось с клятвы в верности Туркменистану и чтения отрывков из Священной Книги Всех Туркмен «Рухнама». Сейчас, при Аркадаге (Покровителе — это официальный титул Бердымухамедова), тоже так?

— Теперь этого нет. После прихода к власти Аркадага еще какое-то время были уроки «Рухнамы» в школе, сдавались выпускные и вступительные экзамены, даже те, кто легализовал свой зарубежный диплом, вынуждены были наряду со специальными предметами сдавать «Рухнаму». Выросло целое поколение туркменистанцев, которых иначе как «рухнамутое» не называют. Эти молодые люди могли процитировать «Рухнаму» с любой страницы, с любого абзаца. Были даже школьные олимпиады на лучшее знание и понимание «Рухнамы». Сегодня эти бывшие победители чувствуют себя обманутыми в самых лучших чувствах: как же так, книга называлась священной, знать ее было не просто похвально, а ставилось в пример другим, и вдруг теперь ее перестали считать таковой? Но безудержное славословие, потоки лести никуда не делись.

— По оценкам демографов (официальных данных нет), сейчас в Туркмении живет около 160 тысяч русских, сколько смешанных семей (как ваша) — неизвестно. Как живется русским и смешанным семьям?

— Конечно, никакой статистики нет. Вернее, в 2012 году была проведена последняя перепись населения. Ее итоги до сих пор не опубликованы, попросту засекречены. Но они есть, эти русские и смешанные семьи. Умышленно их не ущемляют, то есть притеснять потому, что жена русская, а муж туркмен, такого нет. У нас есть знакомые, где муж занимает довольно высокую должность в правоохранительных органах, несмотря на то что жена украинка. Есть семья, где русская жена работает учительницей в школе, а туркмен-муж безработный. Главное — лояльность к власти. Но многие такие семьи покинули Туркменистан и переехали либо на родину жены, либо вообще в другую страну — от Кыргызстана до Америки.

— Почему? Могут ли представители «нетитульной нации» сделать карьеру в госорганах, газовых и других госпредприятиях? Есть ли у них возможность заняться бизнесом?

— Возможности такой практически нет. Нет русских среди управляющих банками, главврачей больниц, директоров предприятий, а уж тем более газовых — эти теплые места покупаются за большие деньги исключительно туркменами. Думаю, что даже русского директора школы нельзя отыскать, возможный уровень — максимум завуч. Есть у нас знакомый бизнесмен, правда, не русский, но и не туркмен. Тяжко ему, доят его постоянно, заставляют делиться. Однажды взбрыкнул, попытался отказаться просто так отстегивать и тут же чуть было не поплатился и бизнесом, и свободой. Еще один бизнесмен, который успешно начал пивоваренное дело по немецкой технологии, вынужден был свернуть его и вообще уехать в Россию — работать не давали.

Государство — для человека. Одного человека…

— В начале 90-х в туркменской армии на ключевых постах было много русских офицеров (как и в силовых структурах). Есть ли сейчас возможность русским и русскоязычным делать карьеру в армии, МВД, спецслужбах и пр.? Или произошла полная туркменизация силового блока?

— Именно так. Произошла полная туркменизация силового блока. Возможности делать карьеру в названных службах представителям других национальностей нет абсолютно никакой.

— А если у человека российское гражданство?

— Тогда ему жить в Туркменистане не то чтобы плохо, а, скажем так, неуютно. Он должен получить вид на жительство, что тоже очень непросто, и потерять многие льготы, часто даже право на жилье. Те, кто не захотел становиться гражданином Туркменистана, просто уехали из страны. Но хуже всего людям с двойным гражданством, то есть тем, кто имеет два паспорта — российский и туркменский, их до мая этого года заставляли отказаться от одного из них. Притом человек фактически становился невыездным.

— Есть ли в Туркменистане русские школы?

— Осталась единственная — это школа имени Пушкина в Ашхабаде. Она небольшая, поэтому с учетом огромного числа желающих попасть в нее очень коррумпированная. Размер взятки за поступление достигает 15 тысяч долларов. Все остальные школы в стране туркменские, но в некоторых из них имеются классы с русским языком обучения. Изначально они были открыты для детей из русскоязычных семей, которые со временем намеревались уехать в Россию, но таких детей было немного, не набиралось на целый класс, и тогда в эти классы стали устраивать своего ребенка туркмены и узбеки. Такие русские классы есть только в школах областных центров, и они весьма популярны у населения. Многие родители хотят, чтобы их ребенок потом учился в России или другой стране СНГ. Опять-таки в ход идут взятки, либо директор принимает детей, с чьих родителей можно что-то поиметь для школы в целом.

— Что вообще с русским языком в Туркменистане? Есть ли русские газеты, телеканалы, радио?

— Единственная русская газета — «Нейтральный Туркменистан». Это государственное издание, учредителем является сам президент. В ней печатают его декреты и указы. Это всё. Радио на русском языке нет, отдельного русскоязычного телевидения тоже не существует, но на одном из официальных телеканалов полчаса вечером показывают какую-нибудь развлекательную российскую программу — например, «Поле чудес». До недавнего времени вся страна была обвешана спутниковыми антеннами, но за последний год все тарелки насильственно сняли — «потому что они портят внешний вид зданий». Русский язык используется в столице, где еще достаточно много русскоговорящих, в основном старшее поколение. Но чем дальше от Ашхабада, тем меньше русского языка. Подростки, к примеру, уже не говорят по-русски.

— Кто у власти в Туркменистане? Какое-то определенное племя? Клан? Или кто?

— Правит одно из туркменских племен — ахалские текинцы, к которым относится и нынешний президент. Это выходцы из южной части страны вокруг Ашхабада. Они заняли все ключевые посты в стране. Есть еще марыйские текинцы, но они, как говорится, не при делах. Представители остальных туркменских племен в подчиненном положении, не говоря уже об узбеках, русских, казахах и других народах, которым в современном Туркменистане вообще ничего не светит.

— Как живут рядовые жители страны — не правящая элита, а обычные граждане?

— Если семья — муж и жена работают на государственных предприятиях или в учреждениях, то их совместный заработок может быть в среднем 650 — 700 долларов. В условиях Туркменистана это нормально, жить можно: цены гораздо ниже, чем в России, а вода, газ и электроэнергия бесплатные, но при этом надо поставить счетчики. Правда, вода из-под крана плохого качества, жесткая, поэтому большинство покупают бутилированную очищенную. Многие автовладельцы таксуют. Квоту бесплатного бензина при Аркадаге отменили, поэтому цены на проезд выросли. Очень развита сфера общепита — небольшие частные кафе, выпечка национальных лепешек; разный мелкий бизнес, например рукоделие, ковроткачество и т. п. Впроголодь если кто и живет, то это не массово, нет.

— Ну и чего же тогда так боится власть, фактически закрывая для иностранцев доступ в страну? Заколотив вход намертво…

— Думаем, боятся, что приезжие увидят вопиющее несоответствие между громкими цветистыми словами, потоком славословия в адрес власти и реальной ситуацией. Между дворцами национальной элиты и золотыми памятниками в ее честь и жизнью обычных людей. Сейчас в стране объявлен лозунг «Государство — для человека». Это вполне официально, все газеты и ТВ пестрят публикациями под этой рубрикой. Так вот народ переиначил лозунг. Он теперь звучит так: «Государство для ОДНОГО человека». И все знают, о каком именно человеке идет речь.

Дословно

«Нельзя словами воспеть заслуги Аркадага! Нет границ его заботам! От новорожденного ребенка до пожилого человека — все в Туркменистане понимают, что именно благодаря Аркадагу в стране проводятся преобразования мирового масштаба!»

(Из выступления активистов правящей Демократической партии Туркменистана на заседании хозактива Ахалского велаята (области), 5 октября 2015 года.)